Определение Конституционного Суда РФ от 02.07.2019 N 1835-О "По запросу Костромского областного суда о проверке конституционности части 2 статьи 2.6.1, части 1 статьи 4.5, пункта 5 части 1 и пункта 6 части 4 статьи 28.1, части 3 статьи 28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях"

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 2 июля 2019 г. N 1835-О

ПО ЗАПРОСУ

КОСТРОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ

ЧАСТИ 2 СТАТЬИ 2.6.1, ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 4.5, ПУНКТА 5 ЧАСТИ 1

И ПУНКТА 6 ЧАСТИ 4 СТАТЬИ 28.1, ЧАСТИ 3 СТАТЬИ 28.6 КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Н.С. Бондаря, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

заслушав заключение судьи А.Н. Кокотова, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение запроса Костромского областного суда,

установил:

1. Костромской областной суд оспаривает конституционность следующих положений Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях:

части 2 статьи 2.6.1, согласно которой собственник (владелец) транспортного средства освобождается от административной ответственности, если в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное в соответствии с частью 3 статьи 28.6 данного Кодекса, будут подтверждены содержащиеся в ней данные о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица либо к данному моменту выбыло из его обладания в результате противоправных действий других лиц;

части 1 статьи 4.5, устанавливающей сроки давности привлечения к административной ответственности, в том числе собственников (владельцев) транспортных средств за административные правонарушения в области дорожного движения в случае фиксации таких правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи;

пункта 5 части 1 статьи 28.1, предусматривающего в качестве одного из поводов к возбуждению дела об административном правонарушении подтверждение содержащихся в сообщении или заявлении собственника (владельца) транспортного средства данных о том, что в случаях, предусмотренных пунктом 4 данной части, транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица;

пункта 6 части 4 статьи 28.1, в силу которого дело об административном правонарушении считается возбужденным с момента вынесения постановления по делу об административном правонарушении в случае, предусмотренном частью 1 или 3 статьи 28.6 данного Кодекса;

части 3 статьи 28.6, закрепляющей, что в случае подтверждения в соответствии с частью 2 статьи 2.6.1 данного Кодекса содержащихся в сообщении или заявлении собственника (владельца) транспортного средства данных о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица, протокол об административном правонарушении не составляется, а постановление по делу об административном правонарушении выносится без участия лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, и оформляется в порядке, предусмотренном статьей 29.10 данного Кодекса.

Как следует из представленных материалов, постановлением заместителя начальника центра автоматизированной фиксации административных правонарушений в области дорожного движения (далее - ЦАФАП) ГИБДД УМВД России по Костромской области от 21 сентября 2018 года гражданка В. признана виновной в совершении 9 сентября 2018 года административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации. Поскольку правонарушение было зафиксировано работающим в автоматическом режиме специальным техническим средством, имеющим функции фото- и киносъемки, видеозаписи, В. как собственнику транспортного средства назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере ста пятидесяти тысяч рублей.

Решением судьи Буйского районного суда Костромской области от 2 ноября 2018 года данное постановление отменено, а В. освобождена от административной ответственности в связи с отсутствием в ее действиях состава административного правонарушения, поскольку в момент фиксации административного правонарушения работающим в автоматическом режиме специальным техническим средством, имеющим функции фото- и киносъемки, видеозаписи, транспортное средство находилось во владении и пользовании иного лица - К., что установлено судом на основании совокупности письменных доказательств и свидетельских показаний самого К., непосредственно участвовавшего в судебном заседании в качестве свидетеля.

Постановлением заместителя начальника ЦАФАП ГИБДД УМВД России по Костромской области от 6 ноября 2018 года, оставленным без изменения решением вышестоящего должностного лица, гражданин К. привлечен к административной ответственности за указанное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации, с назначением административного наказания в виде административного штрафа в размере ста пятидесяти тысяч рублей.

Впоследствии К. обратился в Буйский районный суд Костромской области с жалобой об отмене состоявшихся в отношении него решений должностных лиц ЦАФАП ГИБДД УМВД России по Костромской области. По мнению К., постановление о назначении ему административного наказания неправомерно, поскольку вынесено до вступления в законную силу решения Буйского районного суда Костромской области от 2 ноября 2018 года. Решением судьи названного суда от 6 февраля 2019 года жалоба К. оставлена без удовлетворения; при этом размер назначенного ему штрафа в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18 января 2019 года N 5-П снижен до ста тысяч рублей.

Считая вынесенные в отношении него решения должностных лиц и суда незаконными, К. обратился с жалобой об их отмене в Костромской областной суд, который определением от 23 апреля 2019 года приостановил производство по жалобе и обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности части 2 статьи 2.6.1, части 1 статьи 4.5, пункта 5 части 1 и пункта 6 части 4 статьи 28.1, части 3 статьи 28.6 КоАП Российской Федерации.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 6 (часть 2), 15 (часть 2) и 19 (части 1 и 2), поскольку:

не предусматривают обязательное привлечение к участию в деле по рассмотрению жалобы собственника транспортного средства на вынесенное в отношении него постановление о назначении административного наказания за предусмотренное частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации правонарушение лица, во владении (пользовании) которого транспортное средство находилось в момент фиксации названного административного правонарушения, с наделением его в данном деле статусом лица, привлекаемого к ответственности за это административное правонарушение;

не закрепляют право такого лица обжаловать решение о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении собственника транспортного средства в связи с установлением в данном решении факта владения названным лицом транспортным средством в момент фиксации административного правонарушения работающим в автоматическом режиме специальным техническим средством;

устанавливают двухмесячный срок давности привлечения к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации (часть 1 статьи 4.5), не позволяющий рассмотреть в надлежащем порядке вопрос о привлечении к административной ответственности за данное правонарушение лицо, во владении (пользовании) которого транспортное средство находилось в момент фиксации названного правонарушения работающим в автоматическом режиме специальным техническим средством, после прекращения производства по делу об этом административном правонарушении в отношении собственника указанного транспортного средства.

2. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал (определения от 7 декабря 2010 года N 1621-О-О, от 25 января 2012 года N 64-О-О, от 28 марта 2017 года N 489-О, от 12 марта 2019 года N 575-О и др.), что особый порядок привлечения к административной ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения (глава 12 КоАП Российской Федерации), совершенные с использованием транспортных средств, в случае фиксации этих административных правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи, закрепленный оспариваемыми положениями в нормативном единстве с иными нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривает, что на собственников (владельцев) транспортных средств не распространяется общее правило, согласно которому лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность (часть 3 статьи 1.5 и примечание к статье 1.5). При этом протоколы об административных правонарушениях не составляются, а постановления по делам об административных правонарушениях выносятся уполномоченными органами без участия лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении (часть 3 статьи 28.6). Таким образом, это означает отсутствие обязанности уполномоченных органов доказывать вину собственников (владельцев) транспортных средств при вынесении в отношении них постановлений по делам об административных правонарушениях.

2.1. Вместе с тем собственник (владелец) транспортного средства, реализуя право на обжалование вынесенного в отношении него постановления по делу об административном правонарушении, вправе представить доказательства своей невиновности и может быть освобожден от административной ответственности, если в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении будут подтверждены данные о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица либо к данному моменту выбыло из его обладания в результате противоправных действий других лиц (часть 2 статьи 2.6.1).

Подобное распределение бремени доказывания между государством в лице органов, уполномоченных на вынесение постановлений по делам об административных правонарушениях в области дорожного движения в случае их фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, и соответствующими собственниками (владельцами) транспортных средств, будучи исключением из общего правила о том, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, не отменяет действие в названной сфере иных положений, раскрывающих принцип презумпции невиновности (части 1, 2 и 4 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации). Такое распределение бремени доказывания не освобождает уполномоченные органы, включая суды, при рассмотрении и разрешении дел об административных правонарушениях в области дорожного движения в случае их фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами от соблюдения требований статей 24.1 "Задачи производства по делам об административных правонарушениях", 26.11 "Оценка доказательств" КоАП Российской Федерации и других статей данного Кодекса, направленных на обеспечение всестороннего, полного, объективного и своевременного выяснения всех обстоятельств и справедливого разрешения дел об административных правонарушениях (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 декабря 2010 года N 1621-О-О).

Таким образом, в системе действующего правового регулирования рассмотрение уполномоченным органом или судом жалобы собственника транспортного средства на вынесенное в отношении него в особом порядке постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации, нацелено на проверку законности данного постановления, в том числе в части установления события административного правонарушения и виновности собственника транспортного средства в его совершении, что исключает разрешение в данной процедуре вопроса о привлечении к административной ответственности за указанное правонарушение иного лица.

2.2. Если решением уполномоченного органа ГИБДД МВД России или суда по жалобе собственника транспортного средства на вынесенное в отношении него постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации, указанный собственник освобожден от административной ответственности в связи с подтверждением данных о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось во владении или в пользовании другого лица, то в силу пункта 5 части 1 статьи 28.1 КоАП Российской Федерации это является поводом к возбуждению уполномоченным органом ГИБДД МВД России дела о привлечении такого лица к административной ответственности за совершение этого правонарушения, производство по которому также осуществляется в особом порядке, предусмотренном 1.5, 2.6.1, 4.1 и 28.6 КоАП Российской Федерации, находящимися в нормативном единстве с иными статьями данного Кодекса, без составления протокола и в пределах установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации срока давности привлечения к административной ответственности.

Однако в указанном случае постановление о назначении лицу административного наказания не может быть вынесено ранее даты вступления в законную силу решения уполномоченного органа ГИБДД МВД России или суда, которым в соответствии с частью 2 статьи 2.6.1 КоАП Российской Федерации собственник транспортного средства освобожден от административной ответственности. Иное означало бы одновременное привлечение к административной ответственности по части 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации собственника транспортного средства (в отношении которого решение об освобождении от административной ответственности еще не вступило в законную силу) и лица, в отношении которого имеются данные о владении им транспортным средством в момент совершения административного правонарушения. Это нарушает положения статей 2.1, 3.1 и 4.1 КоАП Российской Федерации уже потому, что содержащийся в части 1 статьи 12.21.1 КоАП Российской Федерации состав административного правонарушения не предусматривает одновременного привлечения по нему к административной ответственности в особом порядке упомянутых лиц за совершение одних и тех же действий.

2.3. Заявитель, настаивая на неконституционности оспариваемых им положений, фактически требует внести целесообразные, с его точки зрения, изменения в действующее законодательство. Однако решение данного вопроса не отнесено к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, как они установлены Конституцией Российской Федерации (статья 125) и Федеральным конституционным законом "О Конституционном Суде Российской Федерации" (статья 3).

При этом установление сроков давности привлечения к административной ответственности и правил их исчисления за совершение административных правонарушений в области дорожного движения, совершенных с использованием транспортных средств, в случае их фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи, относится к исключительным полномочиям федерального законодателя.

Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, федеральный законодатель, закрепляя сроки давности привлечения к административной ответственности и определяя правила их исчисления, связан вытекающим из статей 17 (часть 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации требованием соблюдения баланса частных и публичных интересов при осуществлении правового регулирования прав и свобод человека и гражданина и должен создать условия, необходимые для обеспечения неотвратимости административной ответственности, и одновременно не допустить того, чтобы совершившие административные правонарушения лица - как физические, так и юридические - в течение неоправданно длительного времени находились под угрозой возможности административного преследования и применения административного наказания (постановления от 14 февраля 2013 года N 4-П, от 15 января 2019 года N 3-П; Определение от 7 октября 2014 года N 2323-О).

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Признать запрос Костромского областного суда не подлежащим дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данному запросу окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН