Решение Верховного Суда РФ от 14.12.2022 N АКПИ22-698 "Об отказе в удовлетворении заявления о признании недействующим подпункта 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утв. приказом Минюста России от 04.09.2006 N 279"

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

от 14 декабря 2022 г. N АКПИ22-698

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С.,

при секретаре С.,

с участием прокурора Слободина С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению М.А.Ю. о признании недействующим подпункта 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 г. N 279,

установил:

приказом Министерства юстиции Российской Федерации (далее также - Минюст России) от 4 сентября 2006 г. N 279 (далее также - Приказ) утверждено Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы (далее - Наставление), которое действует в редакции приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 17 июня 2013 г. N 94.

Согласно подпункту 8 пункта 23 Наставления подсистема охранного телевидения (далее - СОТ), входящая в состав интегрированной системы безопасности, должна обеспечивать выполнение требований и решение задач, в том числе хранение информации в течение 30 суток.

М.А.Ю. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании не действующим подпункта 8 пункта 23 Наставления в части срока хранения видеоинформации в течение 30 суток, ссылаясь на его противоречие частям 1, 2 статьи 19, статье 45 Конституции Российской Федерации, части второй статьи 1, части первой статьи 3, статье 8, части первой статьи 10, части первой статьи 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. По мнению административного истца, оспариваемое положение нарушает права и законные интересы лиц, находящихся в местах принудительного содержания, создает им чрезмерные правовые и практические препятствия в ходе реализации права на судебную защиту, вступает в противоречие и ограничивает реализацию прав, гарантируемых Конституцией Российской Федерации.

В обоснование требования административный истец указывает, что администрацией исправительного учреждения ему отказано в предоставлении видеозаписи, полученной с использованием видеорегистратора, в целях обеспечения его права на обжалование действий (бездействия) должностных лиц уголовно-исполнительной системы (далее также - УИС) в суде в порядке, установленном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Министерство юстиции Российской Федерации в письменных возражениях указало, что Наставление принято в пределах полномочий федерального органа исполнительной власти Российской Федерации, признано не нуждающимся в государственной регистрации и официально не опубликовано, оспариваемое положение не противоречит нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Административный истец М.А.Ю. и его представитель М.А.А. извещены о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель Минюста России Е. возражал против удовлетворения административного иска.

Обсудив доводы административного истца М.А.Ю., возражения представителя Министерства юстиции Российской Федерации Е., проверив оспариваемое положение на соответствие нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Слободина С.А., полагавшего необходимым в удовлетворении заявленного требования отказать, Верховный Суд Российской Федерации не находит оснований для удовлетворения административного искового заявления.

Министерство юстиции Российской Федерации является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в установленной сфере деятельности, в том числе в сфере исполнения уголовных наказаний (пункт 1 Положения о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1313).

Согласно преамбуле Наставление принято во исполнение Федерального закона от 29 июня 2004 г. N 58-ФЗ "О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с осуществлением мер по совершенствованию государственного управления", указов Президента Российской Федерации от 9 марта 2004 г. N 314 "О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти", от 13 октября 2004 г. N 1314 "Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний", от 21 марта 2005 г. N 317 "О некоторых вопросах Федеральной службы исполнения наказаний", в целях совершенствования оборудования инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы.

Полномочия Минюста России на принятие Наставления не оспариваются административным истцом и проверены вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2015 г. N АКПИ15-1121, которым подтверждено, что Наставление устанавливает требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-техническими средствами охраны и надзора и не является нормативным правовым актом, подлежащим в соответствии с законодательством Российской Федерации государственной регистрации и опубликованию в установленном порядке.

В силу части 2 статьи 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному им гражданскому или административному делу, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.



Таким образом, вопросы, касающиеся соблюдения требований к порядку подготовки и принятия Наставления, включая полномочия соответствующего федерального органа на его издание, государственной регистрации и опубликования такого акта, не подлежат повторному исследованию судом при рассмотрении административного дела с учетом преюдициального значения указанного судебного решения.

Наставление в оспариваемой части, вопреки доводам административного истца, соответствует действующему законодательству.

Так, частью первой статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации закреплено, что администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

Статья 34 Федерального закона от 15 июля 1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в части первой также предусматривает, что в целях осуществления надзора за подозреваемыми и обвиняемыми может использоваться аудио- и видеотехника.

Перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть третья статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Согласно Наставлению инженерно-технические средства охраны и надзора применяются с целью создания условий для предупреждения и пресечения побегов, других преступлений и нарушений установленного режима содержания осужденными и лицами, содержащимися под стражей, повышения эффективности надзора за ними и получения необходимой информации об их проведении, а также для обеспечения выполнения других служебных задач, возложенных на учреждения и органы уголовно-исполнительной системы (пункт 3); к техническим средствам охраны и надзора относятся технические средства (видеокамеры) и системы (подсистемы) охранного телевидения (пункт 8); инженерные средства охраны и надзора применяются для создания условий по обеспечению установленного режима содержания, безопасности персонала, осужденных и лиц, содержащихся под стражей, предупреждению и пресечению побегов, других преступлений и несанкционированных действий, а также выполнения других служебных задач, возложенных на отделы охраны, конвоирования, розыска и безопасности учреждений УИС (пункт 16).

Законом Российской Федерации от 21 июля 1993 г. N 5473-I "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждениям, исполняющим наказания, предоставляется право осуществлять регистрацию осужденных, а также их фотографирование, звукозапись, кино- и видеосъемку и дактилоскопирование (пункт 7 статьи 14).

В статье 28.1 приведенного закона закреплено, что применение сотрудником уголовно-исполнительной системы физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия при наличии возможности фиксируется переносным видеорегистратором либо иными штатными аудиовизуальными средствами фиксации.

Таким образом, Наставление определяет требования по оборудованию объектов уголовно-исполнительной системы инженерно-техническими средствами охраны и надзора, технические и инженерные стандарты в отношении этих средств, в том числе к системе видеонаблюдения, при этом не устанавливает каких-либо методов, условий или процедур их использования.

Необходимость обеспечения хранения информации, полученной с помощью технических средств СОТ, в течение 30 суток является минимальным требованием, предъявляемым к указанным техническим средствам. Данное требование относится к видеокамерам, применяемым в качестве технических средств подсистемы охранного телевидения. В свою очередь, порядок применения переносного видеорегистратора и хранения информации, полученной с его помощью, Наставлением (в частности, оспариваемым административным истцом подпунктом 8 пункта 23) не регламентируется.

Поддержание контроля в местах лишения свободы основывается на использовании существующей системы безопасности, выражающемся в развитии положительных отношений персонала с заключенными, основанных на стабильности и законности в сочетании с пониманием индивидуальной ситуации и любых рисков, которые представляют конкретные заключенные. При использовании технических средств, таких как системы видеонаблюдения, необходимо всегда дополнять их действующими методами безопасности.

Применение учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы технических средств контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, и не может нарушать права административного истца в упоминаемом им аспекте.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения административного иска, предусмотренных пунктом 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не имеется.

Руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации

решил:

в удовлетворении административного искового заявления М.А.Ю. о признании недействующим подпункта 8 пункта 23 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 4 сентября 2006 г. N 279, отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации

В.С.КИРИЛЛОВ